Закрыть
Восстановите членство в Клубе!
Мы очень рады, что Вы решили вернуться в нашу клубную семью!
Чтобы восстановить свое членство в Клубе – воспользуйтесь формой авторизации: введите номер своей клубной карты и фамилию.
Важно! С восстановлением членства в Клубе Вы востанавливаете и все свои клубные привилегии.
Авторизация членов Клуба:
№ карты:
Фамилия:
Узнать номер своей клубной карты Вы
можете, позвонив в информационную службу
Клуба или получив помощь он-лайн..
Информационная служба :
(067) 332-93-93
(050) 113-93-93
(093) 170-03-93
(057) 783-88-88
Если Вы еще не были зарегистрированы в Книжном Клубе, но хотите присоединиться к клубной семье – перейдите по
этой ссылке!
Вступай в Клуб! Покупай книги выгодно. Используй БОНУСЫ »
РУС | УКР

Люсинда Кэррингтон — «Девяносто дней Женевьевы»

Глава 1

… «Баррингтонс» очень нужен этот контракт, сказала себе Женевьева, и владельцы агентства будут весьма благодарны тому, кто поможет им его заполучить. Если Джеймсу Синклеру требуется секс в обмен на его подпись под контрактом, он его получит. Она готова переспать с ним. К тому же он — молодой мужчина с великолепной фигурой, а не какой-нибудь престарелый толстяк.

— Конечно, я понимаю, что вы мне предлагаете, — усмехнулась Женевьева. — Вы подпишете контракт с «Баррингтонс», если я соглашусь переспать с вами.

Синклер засмеялся.

— Вы слишком все упрощаете, мисс Лофтен. Я не собираюсь обменивать свою подпись, которая так важна для вас, на возможность несколько раз перепихнуться с вами.

Его голос изменился, в нем появились острота и резкость.

— Это я могу получить где-нибудь в другом месте и за более низкую цену. Мне нужно больше. Гораздо больше. Мы с вами должны встретиться и обсудить все детали.

Женевьева вдруг ощутила, как по ее телу пробежала дрожь. Она совершенно не ожидала такого поворота событий. Какие еще детали он собирается с ней обсуждать? Она ляжет с ним с постель и сделает все, чтобы доставить ему удовольствие. Возможно, ей и самой это понравится. А может быть, ему хочется чего-нибудь необычного? Что ж, она согласна и на это. Как говорится, на войне как на войне. Она готова на все ради того, чтобы он подписал контракт.

Она ненадолго задумалась. Почему Синклер выбрал именно «Баррингтонс»? На самом деле компания «Синклер эссошиейтс» могла подписать контракт с любым рекламным агентством. Женевьеве не давал покоя еще один вопрос: почему он выбрал именно ее? Она знала, что Джеймс Синклер — человек богатый, влиятельный, имеет связи в высших кругах. Он чертовски хорош собой, многие женщины с радостью бросились бы в его объятия. Синклер мог бы с легкостью подцепить любую красавицу, гоняющуюся за деньгами и славой, любую из гламурных дам с гораздо более эффектной внешностью, чем у нее. В отличие от нее они в любовных делах настоящие профи. Любая из женщин просто умерла бы от счастья, если бы ей представилась возможность появиться в компании Синклера, а потом поехать к нему домой и заняться с ним сексом.

Женевьева тоже не девственница, но у нее нет большого сексуального опыта. Ее первый опыт стал кошмаром ее юности (они с парнем долго мяли и тискали друг друга, прежде чем у них что-то получилось). После этого у Женевьевы было несколько коротких и довольно неудачных романов, и только один раз ей удалось завязать более длительные отношения, которые прервались из-за того, что она то и дело отменяла свидания по причине постоянной занятости.

Синклер встал. Оказалось, что он выше ее на целую голову, хоть Женевьева тоже была достаточно высокой. Он имел весьма необычную внешность — блестящие черные волосы (безупречно подстриженные и уложенные, они были несколько длиннее, чем допускал деловой этикет) и смуглая от природы кожа. Женевьева подумала, что он похож на пирата. Причем пирата жестокого, беспощадного.

Ей не раз приходилось слышать о манере Синклера вести бизнес, о том, какие методы и приемы он при этом применяет. Он — настоящий пират, это слово довольно точно отражает его сущность. Женевьева даже представила его одетым в узкие бриджи, высокие сапоги и белую, расстегнутую до талии рубашку. Однако женщина сразу же отогнала от себя это видение, решив, что не стоит идеализировать этого человека. Она была абсолютно уверена в том, что ничего романтического в его намерениях нет.

Джеймс Синклер привык к власти. Он привык делать все так, как хочется ему, привык управлять и отдавать приказы. «Что ж, — подумала Женевьева, — в этом мы с ним похожи. Вы хотите поиграть со мной, мистер Синклер? Ну так давайте поиграем. Возможно, мне это даже понравится. Однако это будет только бизнес, и ничего более. Я подарю вам ночь любви. Или несколько ночей, если вы этого захотите. Я же получу вашу подпись под контрактом. Вот так-то».

— Послушайте, — произнесла она серьезным, деловым тоном (самым серьезным, на какой только была способна), — я уже сказала вам, что согласна. И обсуждать здесь больше нечего.

Синклер по-прежнему смотрел на нее словно рабовладелец, выбирающий на рынке раба. Женевьева отступила к столу. Понимая, что это совершенно бессмысленное движение, она вдруг прикоснулась к пуговице на своем пиджаке. Синклер так смотрел на нее, что ей показалось, будто ее одежда расстегнута. Увидев, как искривились в усмешке его губы, женщина поняла, что он догадался, о чем она подумала.

— Я уже сказала, что принимаю ваше предложение, — продолжила Женевьева, надеясь отвлечь его. — Нам с вами больше нечего обсуждать. Осталось только уточнить, когда именно вы хотите встретиться со мной. И поскольку это довольно деликатное дело, я надеюсь на то, что вы проявите осторожность и благоразумие.

— Не беспокойтесь, — ответил Синклер. — Я не привык хвастаться своими победами.

— Это деловое соглашение, — сказала Женевьева ледяным тоном, — а не капитуляция.

Он долго вглядывался в ее лицо, а потом улыбнулся. Медленно, как бы нехотя.

— Конечно, — согласился Синклер. — Только бизнес и ничего больше.

Помолчав немного, он произнес изменившимся голосом:

— Расстегните пиджак...

***

— И много желающих приобрести такие вещицы? — спросила Женевьева.

— Да, черт побери. — Джорджи кивнула. — Их было бы еще больше, но далеко не все могут позволить себе такую роскошь. У меня высокие цены. Я ведь использую самую лучшую кожу, и ни один из моих ремешков никогда не сползет в самый неподходящий момент, в отличие от тех вещей, которые вы может купить где-нибудь в другом месте. Когда вас зашнуруют в один из моих корсетов, вы ни за что не сможете расшнуроваться до тех пор, пока ваш господин (или госпожа) вас не освободит.

Женевьева внимательно разглядывала корсет, пытаясь понять, как завязываются все эти ленточки и застегиваются ремешки и что она будет чувствовать, когда они вопьются в ее тело. Чем дольше она смотрела, тем легче ей было представить, как эта до неприличия сексуальная вещь будет смотреться не на манекене, а на теле. А если быть более точным, на ее собственном теле.

Раньше Женевьева не понимала, как эротично выглядит кожаная одежда. По правде говоря, она просто над этим никогда не задумывалась. Однако сейчас, находясь среди такого огромного количества фетишистских моделей, она начала это осознавать. Женевьева представила, как кожаный корсет стягивает ее тело, как ремни впиваются в кожу, стесняя движения, и поняла, что ей это очень нравится. Протянув руку, женщина потрогала кожу. Она была гладкой и мягкой.

Наблюдавшая за ней Джоджи сказала:

— Приятно, правда? Как будто гладишь котенка. Ваша штуковина сделана из такой же классной кожи. Из самой лучшей.

— Моя?! — удивленно воскликнула Женевьева, очнувшись от задумчивости и вернувшись в действительность.

— Это ваш корсет, — сказала Джорджи. — Тот, который заказал ваш приятель.

— Вы сделали для меня корсет? — Женевьева почувствовала, что начинает краснеть. Она снова перевела взгляд на модель, которая была надета на манекен. У женщины было такое чувство, будто Джеймс Синклер прочел ее мысли.

— Конечно, — кивнула Джорджи. — Заказ был срочным, времени в обрез, точных мерок мне не дали. Однако я уверена, что сидеть он будет как влитой. Ваш приятель описал мне вас, и я сделала корсет, который можно регулировать, подгоняя по фигуре. В нем вы будете выглядеть просто великолепно. Можете мне поверить.

Вообразив себе эту картину, Женевьева почувствовала, что от смущения ее лицо стало пунцовым. Одно дело представлять себя в одной из этих чертовски вызывающих, невероятно соблазнительных вещиц, а другое — надеть ее для своего постоянного партнера, мужчины, которого ты хорошо знаешь и которому доверяешь. Однако Синклер совершенно чужой для нее человек, она его совсем не знает.

— Но мой… друг хочет, чтобы я надела эту вещь, когда поеду к нему на свидание, — сказала она.

— А почему бы и нет? — пожав плечами, ответила Джорджи. — Куда вы с ним пойдете? В клуб?

— В ресторан.

— Могу поклясться чем угодно, что после этого он обязательно пригласит вас в какой-нибудь клуб, — сказала Джорджи. — Он, похоже, хочет вами похвастаться. Уж я бы точно это сделала, если бы отвалила такие деньжищи за ваш прикид.

— Похвастаться мной? — переспросила Женевьева. Боже милосердный, неужели именно это Синклер и намеревается сделать? Ее это возмутило. И, тем не менее, она ощутила легкую дрожь. Дрожь волнения и предвкушения.

Джорджи удивленно посмотрела на нее.

— Похоже, вы новичок в этом деле. Я угадала?

— В каком деле?

— Садо-мазо. ГР. Господин и рабыня.

— Честно говоря, да, — призналась Женевьева.

— Вам это понравится, — заверила ее Джорджи…