Закрыть
Восстановите членство в Клубе!
Мы очень рады, что Вы решили вернуться в нашу клубную семью!
Чтобы восстановить свое членство в Клубе – воспользуйтесь формой авторизации: введите номер своей клубной карты и фамилию.
Важно! С восстановлением членства в Клубе Вы востанавливаете и все свои клубные привилегии.
Авторизация членов Клуба:
№ карты:
Фамилия:
Узнать номер своей клубной карты Вы
можете, позвонив в информационную службу
Клуба или получив помощь он-лайн..
Информационная служба :
(067) 332-93-93
(050) 113-93-93
(093) 170-03-93
(057) 783-88-88
Если Вы еще не были зарегистрированы в Книжном Клубе, но хотите присоединиться к клубной семье – перейдите по
этой ссылке!
Вступай в Клуб! Покупай книги выгодно. Используй БОНУСЫ »
РУС | УКР

Элспет Купер — «Дикая охота. Посланник магов»

Глава 1
Приговоренный
... Тихая музыка в ушах продолжала искушение. Ничто не могло ее заглушить — ни молитвы, ни мольбы, ни даже те немногие гимны, которые Гэр все еще мог вспомнить. Музыка была повсюду: в ржавом металле стен его камеры, в запахе пота на его коже, в цветах, которые он видел во тьме. С каждым вдохом она становилась чуть громче.

Звонко запели серебряные колокола. Гэр открыл глаза и чуть не ослеп от света, такого белого и яркого, что ему пришлось закрыть лицо руками. Сквозь пальцы он смог различить две фигуры, окутанные сиянием. Ангелы. Пресвятая Мать послала к нему ангелов, чтобы вернуть домой.
— …Благослови меня и прими под сень свою, даруй мне прощение за все грехи мои…

Стоя на коленях, Гэр ждал благословения. Удар тыльной стороной ладони по лицу отправил его на пол.
— Прибереги псалмы на потом, уродец!
Следующий удар впечатал его в окованную железом стену. Боль взорвалась в виске, и музыка, задрожав, стихла.
— Эй, потише. Здесь он не сможет причинить тебе вред.

Нет. У него не было сил. Магия была слишком дикой, слишком непредсказуемой, чтобы кому-либо надолго подчиняться. Он был беспомощен и без окружения железных стен. Гэр сполз на пол и обхватил гудящую голову руками. Блаженны заблудшие…

Глава 9
Песни земли
... — С возвращением. — Старик отложил книгу. — Пить хочешь?
— Да, пожалуйста. Что случилось?
— Тебя стошнило на сапоги капитана Дэйла, а затем ты отключился. Мы притащили тебя сюда, чтобы ты отдохнул.
— У меня сейчас голова отвалится.
— Если тебя это утешит, со временем тебе станет легче. Уже в следующий раз все будет не так плохо. — Альдеран набрал кружку воды из бочонка и протянул ее Гэру. Юноша заставил себя сесть и медленно выпил воду. Из-за кислого привкуса во рту она показалась ему сладкой.
— Я много лет знал о магии, но никогда ничего подобного не чувствовал, — сказал Гэр миг спустя.
— А мастер мечей никогда не гонял тебя так сильно, что поутру тебя тошнило? Вот и с магией то же самое. Глубокий призыв Песни требует большого количества сил, прошлой же ночью ты вытащил больше, чем я мог надеяться или просить. Жаль, что я не успел лучше тебя подготовить.
— Думаю, этот опыт я переживу. Но с трудом. — Гэр уперся лбом в колени. — Святые, как больно! Корабль сильно потрепало?
— Как ни странно, нет. Мачту починят, а кроме нее и разбитого полубака корабль почти не пострадал. Дать тебе лекарство от головной боли?
— Да, пожалуйста.
— На солнце тебе станет хуже. Я принесу свою сумку.

Альдеран отправился в свою каюту, а Гэр прислонился спиной к стене и попытался расслабиться. Где-то рядом глухо работала помпа, над головой стучали молотки и визжали пилы. Каждый звук отдавался болью в его голове. Старик вернулся, на ходу роясь в своей кожаной сумке. Он достал небольшой фарфоровый флакон, вынул пробку и понюхал.

— Вот оно. Снова аталин, к сожалению, но это самое надежное средство.
Высыпав на ладонь немного белого порошка, Альдеран бросил пару щепоток в кружку Гэра и залил водой. Остаток порошка вернулся во флакон. Альдеран закупорил его и положил в сумку.
— Пей. К тому времени, как ты умоешься и оденешься, ты сможешь спокойно соображать и придешь в себя.
Гэр проглотил горькое зелье, поморщился от едкого вкуса и скрипа на зубах.
— Ты сказал, что это неестественный шторм. Откуда ты узнал об этом?
— Дэйл — опытный морской волк. Я доверяю его инстинктам.
— Это не настоящая причина. Ты не говорил мне, что знаком с магией. — Гэр поднял глаза от пустой кружки. — И что можешь ее использовать.
— Да, не говорил. И должен извиниться перед тобой за это. У нас просто не было времени для подобного разговора.
— Мы путешествуем вместе уже два месяца. Времени у нас было хоть отбавляй.
Альдеран слабо улыбнулся в ответ на упрек.
— Ладно, уточню: у нас не было подходящего времени.
— О чем еще ты мне не сказал? Ты ведь больше, чем простой ученый, Альдеран.

Густые брови старика весело приподнялись. Он уронил сумку на койку и сел, сложив руки на коленях, словно сдерживался и готовился к неприятному разговору.

— Ладно, парень, ты поймал меня. Все честно. Так что ты хочешь узнать?
— Наверное, все.
— Тогда это будет очень долгий разговор. Мир велик! Начни с малого.
С чего же начать? У Гэра было столько вопросов: куда подевалась магия с того дня на дороге и почему она вернулась именно в тот момент, когда понадобилась Альдерану? Юноша подозревал, что старик приложил к этому руку. Правда ли то, что он сказал: магия никогда от него не уходила? Кто такой Альдеран? Святая Мать, в голове у Гэра гудело. Но надо было с чего-то начинать…
— Песнь… Почему я не слышал о ней раньше?
— Ты наверняка слышал о ней, но сам того не осознавал, — ответил Альдеран. — Или же слышал о ней под другим названием. О ней упоминается почти во всех легендах и сказаниях. У северян, к примеру, говорится, что эту песнь пел Всеотец, склоняясь над горном в своей кузне, и все его творения с тех пор несут ее часть. В других источниках утверждается, что Создательница пела ее своей дочери, Миру, и эхо доносится до нас сквозь века. Мне нравится эта история, да и в качестве объяснения она не хуже любой другой.
— Это магия?
— Уточни, что такое магия. — Старик пожал плечами. — Если определить ее как естественную силу, энергию, которая является неотъемлемой частью всего живого и неживого в нашем мире, то да, Песнь — это магия. Отвратительный ярлык, ты не находишь? У него слишком много подтекстов.

Гэр вспомнил ужас в крике Кемероды, то, как от ее лица отхлынула кровь при виде света, который он призвал.
— В Доме Матери меня называли уродцем, — сказал юноша. — А дома служанка решила, что я отродье теней, наполовину человек, наполовину… ну, что-то другое. Она сказала, что феи подбросили меня на паперть, чтобы посмеяться.
Альдеран поджал губы.
— Сокрытое Королевство — изменчивое, опасное место, и его обитатели странны. Но подбрасывать новорожденных полукровок людям?.. Нет, такое встречается только в сказках. Создания за вуалью живут долго и размножаются редко. Их семя слишком ценно для них, чтобы тратить его на подобные проказы. — Старик смерил Гэра пронзительным взглядом. — И ты в это верил? В то, что не вполне принадлежишь этому миру?
— Я понятия не имел, чему верить, а чему нет. Я знал, что другой, знал почему, но не знал, магия отличает меня от остальных или что-то еще. А потом меня отправили в Дом Матери, где учили только тому, что сказано в книге Эадор.
— «И ворожеи не оставляй в живых», — процитировал Альдеран. — Жутковатый урок для мальчика.
— Они не знали, что со мной делать. Их растили в вере — моления каждое воскресенье и дважды в дни святых. Я выучил буквы, копируя наши псалмы для отца Драмхеллера. Что еще они могли сделать?
Послышалось фырканье.
— Церковников нужно держать подальше от образования детей. Они закрывают молодой разум в коробке, а когда коробку открывают, разум сохраняет ее форму.

Обстоятельства, при которых Гэр расстался с приемными родителями, были не самыми благоприятными, но он не мог не попытаться их оправдать.
— Они считали, что так будет лучше для меня же, Альдеран.

Старик скорчил гримасу, глядя на свои руки, и потер пальцы так, словно они запачкались или зудели. Долгую паузу прерывали лишь плеск воды и шум на палубе. А на фоне всего этого Гэр слышал Песнь, мелодичное и далекое звучание, ритмичное, как мурлыканье довольной кошки, и при этом резкое и изменчивое, словно горный поток.

— Были времена, когда они знали бы, что делать, — тихо сказал Альдеран. — Твой дар был бы принят как данность, и вместо наказания ты получил бы возможность его развивать. К тебе относились бы с уважением. — Он снова посмотрел на свои руки. — Ты опоздал на тысячу лет…